(no subject)

    Дед мой, Степан Максимович, нрава был тяжелого, даже необузданного. Родом из деревни Пирогово, сын большой крестьянской семьи,  раскулаченной и высланной в один миг в Камышлов в начале 30-х,  в скрипучей повозке без средств  существования. И то правда, как не раскулачить: пять братьев и две сестры жили одним большим крепким домом, держали лошадей, по осени нанимали людей на сбор урожая, самим  не справиться было. Самая большая семейная ценность – крупорушка, как бельмо в глазу, не давала покоя соседям. Все! Раскулачили, отобрали, в доме колхозные свиньи сожрали полы. Нет кулаков, крупорушки тоже нет, ну,  да и ладно, живы все остались, могло и хуже быть.
  Дед роста не малого, бог не обидел, красив, нагл, смел. Грамоту постигал на курсах ликбеза, там и присмотрел себе жену. Учителка. Маленькая,  невзрачная, тихая и уютная. Пироги печет, на коклюшках кружева вытворяет. Зацепила не по-шутейному, камышловские-то девки сами не прочь, а эта воротится, ишь ты какая!   Тоже из раскулаченных, челябинских. Так и оженился и двух детей народил еще до войны.
  На войну ушел сразу,  10 июля 1941 года,  трижды ранен, две похоронки. Мать его, пробабку мою Христину, сразу после первой похоронки паралич разбил, ну а после второй, она сразу решила, что он  обязательно вернется. Так она жене дедовой и сказала, мол,  погоди, Анна, он живой. А у бабушки этакий роман случился с пленным латышом, на изоляторном заводе работал, помогал детишек растить. После второй похоронки отставка ему вышла.
  На войне дед героем был, медаль «За боевые заслуги» в апреле 44го, орден Славы III степени  в июле, медаль «За отвагу» в сентябре. Командир отделения взвода боепитания батареи 76 мм пушек старший сержант Пирогов,  в наступательных боях Прибалтийского фронта в июле 44го, показал себя бесстрашным командиром, когда от разрыва вражеской бомбы загорелась повозка с боеприпасами, рискуя жизнью,  разбросал горящие ящики с боеприпасами и затушил их, чем предотвратил дальнейший взрыв и жертвы. Вот так вот в приказе  и написано, почти слово в слово! Так и вижу, как он своими ручищами швыряет эти ящики.
  Полагаю,  пили они на той войне шибко.  Как въехал в Берлин, не помнил. Говорил, что обстреливали подступы к городу они  долго, а потом когда пехота пошла, они уже отмечать победу стали, ну и так устало-пьяными и спящими их  в Берлин и завезли. Вот такая вот проза.
Есть еще одна семейная притча. Про то,  как дед выиграл международные соревнования по бегу. Это уже после Победы было дело, дружеские спортивные поединки  союзников. Так что можно считать,  что дед у меня олимпиец!
  Расторопен и понятлив был мой предок, в партию вступил в 45м, еще на войне. Демобилизовался в августе 1945 года. Предлагали, говорил, ему в комендантах остаться какого-то немецкого городка, но не согласился, отправился домой.
  В Камышлов вернулся героем. Руки-ноги целы, красавец, ордена-медали. Орёл! До дома не дошел. По дороге встретилась ему Катька, жена старшего брата Ивана, тот на покосе  был. Ну и заманила та Катька деда к себе. Там он с ейными подружками долго пировал, весь Камышлов знал,  и до матери его весть донеслась. Забрали правдами-неправдами домой, к жене и детям, а может Иван вернулся, не знаю.
  Такие мужики после войны на вес золота были, устроился в артель, стал там главным, щетки всякие делали. На личной бричке ездил, конь Орлик, прямо под окнами дома, всегда пожалуйста. Женщину себе в Свердловске завел, в командировки ездил, говорят там и ребенка нажил, девочку.
   Вот там вот, в Свердловске,  напился и партбилет потерял. Подсудное дело, почти расстрельное. Нашлись добрые люди, дали сутки на то, чтобы из Камышлова исчез, вместе с семьей. На тот момент уже мама моя родилась, то есть, трое детишек в охапку и в Каменск. Спасибо, что не посадили.
    В Каменске работу нашел на ТЭЦ котельщиком, больше никуда не брали. Работа очень тяжелая, да и опасная. Но тут комнату давали в коммуналке и личный сарай во дворе, да и денег хорошо платили, так,  что жить можно. Мебель собрал сам. Шкаф, стол, сервант и диван. Руки золотые, все мог. Да…
    Так бы и жил, если бы не пил. Пил – зверел, зверел – снова пил. Отгадайте, чем все закончилось. А про семью можно долго говорить, но это совсем другая история.
зараза

организационное

Бессонница. Может и вправду парад планет, а может Светка, негодяйка, в кофе что-то тайком подсыпала. Не иначе. Всего-то литра два выпито, с этого бессонница не приходит. Это точно Светка, я знаю.)))
Сижу о себе думаю. Или в себя.
Полтинник мне нынче. Совсем близко уже, надо что-то делать с этим событием. С одной стороны я не любитель гармошки рвать, с другой стороны - а если пожалею, что не уделила должного внимания столь знаменательному событию, и накажет меня потом мироздание за такое явное манкирование, оставит без сладкого до конца моих дней? Непорядок я считаю.
Взяла блокнотик потолще. Первый лист большими буквами «МОЙ ПОЛТОС». Второй лист черканула на пополам: за и против. Поморщила лоб…. Чудо! Во второй колонке кроме денежных заморочек других минусов не увидела. Значит, решено, быть посему.
Я тут не зря про блокнот и его толщину. На третьей странице уже написано моей нетвердой рукой «СОЧУВСТВУЮЩИЕ», циферки столбиком. Кто хочет, записывайтесь. Условие только одно, ладно, два: первое - только хризантемы, никаких там роз, тюльпанов и прочих лютиков, второе - никаких тостов «желаю счастьяздоровьялюбви», или такие, знаете, на открытке форматом с советскую энциклопедию «тебе сегодня пятьдесят…..» и дальше бред в стихах. Брррррр, нинавиииииижу. Проявите фантазию, расскажите про самый комичный момент нашей совместной жизни, поржём в удовольствие. Выпьем. Потанцуем.
Кстати, про потанцуем. А музыку какую надо? Энергичный танец, или чтобы красиво покачиваться не переставляя ног? Все-таки не девочки уже. Понятно, что мальчикам на этот момент с высокой колокольни, они, когда девочки красиво себя показывают на танцполе, ведут серьезные разговоры о политике, или курят, или письками меряются. Их не исправить. Так, девочки, под что двигаться будем?
Или вот еще вопрос. Что пьем? Сейчас думайте прежде чем ответить тихим не заинтересованным голосом «я не пью» или «белое сухое». Не бесите меня. Я вас знаю как облупленных, мои дорогие курочки, мне ведь писят лет будет, а не семнадцать. Это тогда можно было купить одну белого столового, а потом догоняться агдамом, бехеровкой и сверху зверобоем, и не умереть. Думайте о своем здоровье заранее. Приветствуется ответ лаконичный, с жирной точкой на конце, например, «коньяк, 200.», «водочка, нам с Лариской на двоих бутылочка.». Чтобы я поверила, что праздник состоится. А с «сухое, бокал…» я не верю!!!
О явке. Она обязательна! Отмазка про то, что мне нечего надеть придумана мною! И она не работает. Иногородним предоставляется койкоместо (как хочу, так и пишу) и горячий завтрак на утро после того, как.
Так, теперь просьба. Очень-очень-очень хочу, чтоб никто не опоздал. Понимаю, что рабочий день, понимаю, что начальники и всё такое. А вы скажите, что вам на похороны. Пожалуй, единственный аргумент, по безотказности. Прям так и скажите, что вам на похороны Ланки, ей полтос. Сейчас, мол, отпевание в 17.00. А остальное потом, как пойдет. Я вам разрешаю, прям так и сказать. Все для благого дела.
Короче, подходим, записываемся, что не понятно спрашиваем.
Да, еще, вы рыбу едите? А панической атаки от клоунов у вас не бывает? Это важно!

ПЫ.СЫ. я ж главное забыла – 4 марта. Вот теперь, вроде, всё.
я так не играю

задумчиво. туманным утром.

Как же раньше было чудесным образом приятно готовиться ко сну. Сняла с себя все, что помешает морфею обнимать, целовать и шептать на ушко нежности и сказки. Плеснула в лицо водицы, стремительной птицей пролетела в облаке любимых духов и все. Головой подушки не коснулась, а уже спишь и дышишь ровно-ровно. Прелесть что за девочка.
А нынче. Пол часа снимаешь доспехи. Кряхтишь и морщишься. Потом водные процедуры. Лучше чтоб с расслабляющими маслами, нервы, понимаешь. Потом на ноги конский каштан, на другие кости - диклофенак, остальное жирненьким кремиком. Пижамка в синих осликах и желтых утятах. Фланелевая, тепленькая. Таблетка аспирина и долго-долго гнездиться. Барашки считаться не приходят, приходит тетка, которой ты сегодня много чего хотела сказать, но промолчала. Через два часа либо встаешь надеть носки, потому как холодно, либо открыть окно - жарко. Потом сон про войну, и утро. Серое. Туманное.
модницо

здравствуйте, дорогой месье Матисс


ТайнописьCollapse )

Еще одно открытие для меня - Шарль ХОФФБАУЭР. Полотно "В Лондоне". Я его никогда не видела, но это что-то!!! Не верите, сами идите и смотрите.


Белое пятно в моем образовании. Одно из. Будем устранять.

бродя по призрачным местам

Какое-то чувство нереальности: вроде бы идешь по знакомым дорогам, можешь с закрытыми глазами поворачивать на перекрестках, тот же воздух, те же запахи, даже звуки узнаваемы, но ты не та. Ты не она, которая спешила по этим кленовым аллеям политехнического парка опаздывая на лекции. Ты не эта девочка, зачарованно глядящая на своего профессора, ругающего ее за безмозглость, когда читая Сартра завалила суточные опыты. И деревья выше, и здание Химического дома как будто "стопталось" за эти двадцать с лишним.
И ты сегодняшняя смотришь вокруг себя, но не ассоциируешь себя с происходящим.
В политехническом парке, по-прежнему, гуляют мамы с детьми, наглые белки клянчат орешки, осыпаются дубы, лиственницы, клены. Студенты ярко жестикулируют подкрепляя это громким смехом.
А ты как привидение, это не твоя реальность. И твоего любимого подвала в Химдоме уже тоже нет. Продали твою лабораторию вместе с ее вековыми традициями, зашили своды готического потолка, слышавших любимые тобой голоса, пошлым гипсокартоном. Выбросили на помойку истории... как же так?
А Политех оброс новыми зданиями, причудливыми надписями, пешеходными переходами, фонтаном с подсветкой и собственной пышечной.
Ладно, не буду рыдать. Время все расставить на свои места. Это просто осень, это просто питерский дождь... Он такой.
под дождемCollapse )
лапки

еще вчера...

Ладно, не вчера, допустим, три дня назад. Но, уже сегодня, что это за хляби небесные? Куда дели золото кленов? Почему холодно? Верните всё взад!!! Эй, кто там отвечает за это безобразие, включите солнце. Заклинаю!



последний лист...

пысы: пойду в Капеллу рыдать по безвозвратно ушедшему под "Терем-квартет"